Press "Enter" to skip to content

Семен Белкин

От редактора. 

Пожалуй, наиболее увлекательная часть журналистской работы – это встречи с интересными людьми. Я не перестаю радоваться тому, как много таких людей живет в нашем регионе. Похоже, Большой Вашингтон как магнит притягивает людей интереснейших судеб, профессий и увлечений.  Мы продолжаем рассказывать о встречах с такими людьми. В этом выпуске – встреча с кораблестроителем, мореплавателем и переводчиком, Семеном Белкиным. 

Биографическая справка:  

Семен Белкин родился и вырос в Ленинграде. Окончил школу с медалью в разгар сталинской «борьбы с космополитами». После многочисленных попыток поступления в ВУЗ, был принят во «Второй инъяз»1, который окончил по специальности английский, немецкий и французский языки. Работал учителем, техническим переводчиком. В 60х годах окончил Ленинградский Кораблестроительный институт2 по специальности инженер-кораблестроитель. Более сорока лет проработал в институте Гипрорыбфлот, последние 15 лет в должности главного конструктора; кандидат технических наук. По долгу службы много путешествовал, побывав в самых экзотических уголках земного шара. Также принял участие в нескольких промысловых рейсах в Атлантическим, Тихом и Индийском океанах.  

Блестяще владеет техническим переводом. Уже с 60х годов активно сотрудничал с редакцией английского переводного журнала “Shipbuilder and Marine Engine Builder” («Судостроитель и судовой машиностроитель»), принимал участие в переводах крупнейших проектов, включая широко известные проекты газопроводов «Северный поток», «Южный поток» и др.  Автор более десятка книг по истории кораблестроения и судоходства. Большинство этих книг имеет код номера Национальной Библиотеки США. Книги Семена Белкина переиздавались, а также переводились на иностранные языки. В предисловии к своей сложной и яркой биографии Семен написал: «За долгие годы [работы в кораблестроении – прим ред.] я побывал за экватором и за полярным кругом, на Дальнем Востоке России и на Дальнем Западе США, постиг тайны трех океанов и пролетел над четвертым, пил пиво на Новой Гвинее и ритуальный напиток кава-кава на островах Фиджи. […] Рискну предположить, что жизнь моя была по-своему интересна и поучительна»   

Семен Исаакович, в автобиографии Вы описываете свою семью, и это, по-моему, материал для отдельной книги. В ней есть очень яркие характеры, профессии и судьбы, но нет мореплавателей и путешественников. Расскажите пожалуйста, откуда и почему  море?  

Все это от детского и юношеского романтизма. В годы эвакуации при свете керосиновой лампы я буквально проглатывал десятки и сотни книг о дальних странах и странствиях, особенно о морских путешествиях. Видимо, оттуда все и началось. 

У меня, как историка, возник вопрос, связанный с тем, что Вас всё же выпустили за рубеж. Ведь при советской власти для человека с «неблагонадежным» пунктом в графе национальность это было практически невозможно. Каким образом Вам удалось это преодолеть 

Логика наших властей непредсказуема. Как только я поступил в Кораблестроительный институт, я уже стал более благонадежным, а поэтому мог распределяться даже в закрытые организации. А насчет заграницы – в те благословенные времена была заграница трех сортов: капстраны – это для избранных и блатных, соцстраны – это для тех, кто пониже, и заграница третьего сорта – это рейсы с заходами в иностранные порты. Туда от нашей организации подчас пускали высочайших профессионалов своего дела из евреев, хотя директор был бывший работник обкома партии и ярый антисемит. Но он был достаточно умен, и когда к нему приходила на прием начальница отдела вычислительной техники и спрашивала: «Василий Ермилович, тут к нам просится на работу один очень сильный программист, но он еврей. Что делать?» Он отвечал: «Как что делать? Если гений – бери.»  Вот таков был наш директор, и так я попал за границу.  

Какие экзотические поездки Вам запомнились больше всего?  И почему? (Да, и какова на вкус кава-кава?)    

Это Фиджи. Потрясающая природа, красивые люди, замечательный климат, более чем 500 островов, из которых обитаемых – несколько десятков, удивительная история – от каннибализма до современной промышленности и сельского хозяйства. 

Кава-кава – это ритуальный напиток, подается по всем торжественным случаям, а также как знак гостеприимства. Вкус горьковатый, вроде вкуса коры какого-то дерева, немного хмельной, но чуть-чуть. 

А еще – это порт Морсби, столица Папуа – Новой Гвинеи. Там я почувствовал себя близким Миклухо-Маклаю, который жил среди папуасов.  Кстати, там до сих пор в глубине острова живут каннибалы, которые воюют друг с другом и в качестве военной репарации могут съесть поверженного врага.  Сейчас это уже не британская колония, а независимое государство, которое не знает, что делать со своей независимостью. Там меня очень впечатлили не бедные папуасы и новогвинейцы (вторая местная нация), а быт и нравы белых, но это отдельная история. 

Как Ваша семья переживала эти долгосрочные плаванья?  

Моя Валя оказалась очень сильной женщиной. Безропотно сносила все трудности «матери-одиночки», и, если случались какие-то проблемы (например, младшая дочка поломала руку) ни слова мне об этом не писала.  

То, что Вы описали в биографии о жизни советских судовых составов в долгосрочном плаванье: рутину, однообразие, сплетни, попытки любыми способами разнообразить быт, найти занятие, хобби и т.д. – схоже с мемуарами европейских и американских мореплавателей. Однако, я была удивлена упоминанием о женском составе. (Даже сегодня, по мировой статистике, женщины на кораблях  это 2 %)В качестве кого, в основном, набирали женщин?  

Довольно много женщин бывает только на больших плавбазах, особенно, если на них есть консервное производство, ибо только женские пальцы могут аккуратно укладывать рыбу в консервные баночки. На моей тунцеловной базе «Солнечный луч» экипаж составлял 180 человек, в том числе около 30 женщин. На Дальнем Востоке в те времена работали огромные плавбазы, на которых было несколько десятков мужчин и… до 300 женщин. Что там делается сейчас, я уже не в курсе. 

Приходилось ли Вам плавать после падения СССР, или после отъезда из России, или на не советских кораблях?  

После падения СССР я участвовал только в одном рейсе, я Вам о нем рассказывал. Это был рейс: Калининград – вокруг Европы – Средиземное море – Суэцкий канал – Индийский океан – Сингапур – самолетом в Москву. 

После переезда в Америку я уже не плавал. Зато посетил знаменитый корабль Куин Мэри (Queen Mary3), о котором когда-то подробно писал, и даже пообедал в ресторане на борту этого лайнера. 

Как Вы пришли к написанию книг?  

Достаточно рано, в 60е годы; я как раз получал второе высшее образование в Корабельном институте. Ф.К. Дормидонтов, инженер- судостроитель, ветеран отсидок в советском ГУЛАГе, возглавлял тогда редакцию по переводу английского журнала “Shipbuilder and Marine Engine Builder” (“Кораблестроитель и корабельный инженер”) на русский язык. Я состоял у него в переводчиках. Когда в издательстве «Судостроения» возникла идея написать книгу о Голубой ленте Атлантики, стали искать человека, который владеет литературным слогом, имеет отношение к судостроению и мореплаванию и знает основные европейские языки, поскольку материалы для этой книги были только на английском, немецком, французском и некоторых скандинавских языках.  Вот он и предложил мне попробовать. Для начала я написал пробную главу (кстати, именно о Куин Мэри).  Главному редактору понравилось. Вот так и пошло. 

Какая из Ваших публикаций Вам особенно дорога?  

Безусловно, «Голубая лента», как родителям дорог первый ребенок. 

У Вас очень сложная и яркая жизнь, и она охватывает основные исторические вехи и глобальные перемены сначала в СССР, а потом и в России. Что Вы чувствуете, оглядываясь назад?   

Оглядываясь назад, могу сказать, что иногда испытываю чувство сожаления о том, что мне пришлось затратить столько сил и здоровья, чтобы добиться чего-то в своей жизни. Из-за национальной политики и социального порядка в Советском Союзе (я ведь не был членом партии), мне пришлось очень много работать и гораздо больше учиться, чем, скажем, моим коллегам. Но тем сладостнее те победы, которые я сумел одержать: это корабли, созданные по моим проектам, мои книги, путешествия по суше и морю и, конечно, моя замечательная семья. Я достойно преодолел все трудности и проблемы, которые мне преподнес жестокий и в то же время интересный и насыщенный событиями 20 век.  

Большое спасибо! 

  1) Официально: Второй Ленинградский Государственный Педагогический институт иностранных языков (Сокращенно Второй ЛГИПИЯ), в 1956 году слился с Ленинградским Педагогическим институтом им. А.И. Герцена 

  2) Сначала поступил в ЛИИВТ, на заочный факультет инженеров -судостроителей. Оттуда перевелся на очное отделения ЛКИ. 

3)  Куин Мэри – The Queen Mary – легендарный трансатлантический лайнер, 1936-1967. Сегодня – музей и отель в Лонг Бич, Калифорния.